Обоснование необходимости развития России по особому пути мы находим и в социально-политический концепции славянофилов. Представителями славянофильства, которое организационно оформилось в 1639 году, были Хомяков Л.С. (1804—1860), Киреевский И.В. (1806—1856), Аксаков К. С. (1817—1860), Самарин Ю.Ф.(1819— 1876).
Славянофилы, как к теоретики «официальной народности» пытались доказать исключительность русского уклада жизни, который исключает всякие антагонизмы (которые характерны для Запада):
Во-первых, исключительность русской истории определяется следующими чертами:
1) общинным бытом;
2) отсутствием завоеваний, социальной борьбы в начале русской истории, покорностью народа власти;
3) православием, «живую цельность» которого они противопоставляли «рассудочности» католицизма. Эти черты обуславливают единство классов русского общества, их потребность в общем благе. Корень зла в России, по мнению славянофилов, следует искать не во внутреннем устройстве общества, а во внешних обстоятельствах. Такими обстоятельствами они считали реформы Петра I, которые создали разлад между политическим строен н народом. Реформы Петра I увели страну от истинно русского русла. Аксаков требовал вернуться к минувшим, допетровским временам. «Пора домой — воскликнул он, — нас ждет Земля родная, великая  в страдании немом».
Во-вторых, если теория «официальной народности» видела общественный идеал в крепостном строе, самодержавии, то славянофильство, по существу, стояло за тот же строй, но защищало его иными путями. Оно призывало вынуться к его “идеальным” основам. При этом (справедливости ради следует отметить) подвергались резкой критике существующие порядки, бюрократизм государственной машины николаевской империи.
В-третьих, вся Россия изображалась славянофилами как одна грандиозная община, откуда постоянно распространялись одинаковые понятия, убеждения, обычаи, заменяющие законы. На основе общины может развиться целый гражданский мир. Это основная ткань русского общества.
В-четвертых, для объяснения государственности в России они прибегали к помощи норманнской теории. По их мнению, государство в России образовалось вследствие добровольного договора и приглашения чужого племени извне. Пришельцы принесли готовый аппарат государственной власти, но русский народ остался чуждым его принципам. Государство и община существуют параллельно, сохраняя свою внутреннюю целостность и самобытность. Две силы в России говорил К. Аксаков, два двигателя, Земля и Государство. Они базируются на совершенно различных фундаментах: «Земля», т.е. община, опирается на нравственность, на «внутреннюю правду», а государство — на «внешний» закон. Преобладание второго над первым ослабляет нравственное достоинство человека. Этим характеризуется положение на Западе, там закон одержал победу над совестью, право — над правдой, форма —  над свободой.
В России государство не вмешивается во внутренний мир Земли, а народ не претендует на функции государства. На Западе — внутренний раздор и борьба породили в низах стремление получить политические права, поставить себя на место государства Но, во их мнению, народ не может и не должен «выйти из самого себя», не может перейти в принципиально иную и несвойственную ему область государственности.
«Огосударствление» народа, т.е. стремление к демократическим и республиканским формам правления, где народ может оказать влияние на политическую власть, славянофилы считали тягчайшим грехопадением. Но это, по существу, и было оправданием самодержавия.